Снег идет неслышно, по-кошачьи,
хлопьями, как лапами, шурша,
там, где зачарованный, дрожащий
синий ельник стынет, не дыша,
там, где между небом и землею
нет границ и обнажилось дно,
снегом, словно белою золою,
прошлое уже занесено.
Я ушел и больше не нарушу
ваш покой бесценный, ваш ночлег.
Словно небо вывернув наружу,
снег идет, обыкновенный снег,
тайный, словно тайные любови
или тени на исходе дня —
где-то рядом, за пределом боли,
где-то там, где больше нет меня,
снег идет, крадется и занозит
душу, словно нищенка с сумой.
Бог ты мой, ну как же он заносит!
Как же он уносит, Бог ты мой!
И уже не различить причала,
и уже не различить лица.
Если можешь, начинай с начала
эту жизнь.
А я начну — с конца.
Морозный лес.
В парадном одеянье
деревья-мумии, деревья-изваянья...
Я восхищаюсь этой красотой,
глаз не свожу,
а сердцем не приемлю.
Люблю землею пахнущую землю
и под ногой
листвы упругий слой.
Люблю кипенье, вздохи, шелест, шорох,
величественный гул над головой,
брусничники на рыжих косогорах,
кочкарники с каёмчатой травой...
Труд муравьев, и птичьи новоселья,
и любопытных белок беготню...
Внезапной грусти,
шумного веселья
чередованье
по сто раз на дню.
Люблю я все, что плещется, струится,
рождается, меняется, растет,
и старится,
и смерти не боится...
Не выношу безжизненных красот!
Когда январским лесом прохожу я
и он молчит,
в стоцветных блестках сплошь,
одно я повторяю, торжествуя:
"А все-таки ты скоро оживешь!"
Надежды крашеная дверь,
Фортуны мягкая походка,
Усталый путник, средь потерь
Всегда припрятана находка,
И пусть видна она нечетко,
Но ждёт тебя она, поверь.
Улыбка женщины одной,
Единственной, неповторимой,
Соединенная с тобой
Суровой ниткою незримой,
От обольщения хранимой
Своей загадочной судьбой.
Придут иные времена
И выдумки иного рода,
Но будет прежнею она,
Как май, надежда и природа,
Как жизнь и смерть, и запах мёда,
И чашу не испить до дна,
И чашу не испить до дна.
В ожидании "милости"
-
Сомнения
В тёмной комнате, бессильно опустив на колени руки, ожидала ответа
Нефертити. Мучительно тянутся часы, камнем давят на плечи, а поверенного
всё н...