Выпал снег

Выпал снег молочным зубом
Из десны опухших туч,
Вызвал острый приступ зуда:
Неожиданно колюч.

Щекотал до слёз рябины,
Ополчился на дома,
Облеплял прохожим спины:
Веселился задарма.

Впрочем, смех тут неуместен,
Намело по самый край,
Стал на целый мир известен,
Как чикагский первомай.

Стал причиной жутких бедствий,
Обмороженных носов,
И забавных происшествий,
И тревожных вещих снов.

Выпал снег, но в кои годы
Не ругают за прогноз
Предсказателей погоды.
С Новым счастьем, Дед Мороз!
(Геннадий Модестов)

Вот счастье! вот права...

Не дорого ценю я громкие права,
От коих не одна кружится голова.
Я не ропщу о том, что отказали боги
Мне в сладкой участи оспоривать налоги
Или мешать царям друг с другом воевать;
И мало горя мне, свободно ли печать
Морочит олухов, иль чуткая цензура
В журнальных замыслах стесняет балагура.
Все это, видите ль, снова, слова, слова*.
Иные, лучшие, мне дороги права;
Иная, лучшая, потребна мне свобода:
Зависеть от царя, зависеть от народа -
Не все ли нам равно? Бог с ними.

Никому
Отчета не давать, себе лишь самому
Служить и угождать, для власти, для ливреи
Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи;
По прихоти своей скитаться здесь и там,
Дивясь божественным природы красотам,
И пред созданиями искусств и вдохновенья
Трепеща радостно в восторгах умиленья.
- Вот счастье! вот права...

(А.С.Пушкин)

Море и утёс

И бунтует, и клокочет,
Хлещет, свищет, и ревет,
И до звезд допрянуть хочет,
До незыблемых высот...
Ад ли, адская ли сила
Под клокочущим котлом
Огнь геенский разложила -
И пучину взворотила
И поставила вверх дном?

Волн неистовых прибоем
Беспрерывно вал морской
С ревом, свистом, визгом, воем
Бьет в утес береговой,-
Но, спокойный и надменный,
Дурью волн не обуян,
Неподвижный, неизменный,
Мирозданью современный,
Ты стоишь, наш великан!

И, озлобленные боем,
Как на приступ роковой,
Снова волны лезут с воем
На гранит громадный твой.
Но, о камень неизменный
Бурный натиск преломив,
Вал отбрызнул сокрушенный,
И клубится мутной пеной
Обессиленный порыв...

Стой же ты, утес могучий!
Обожди лишь час-другой -
Надоест волне гремучей
Воевать с твоей пятой...
Утомясь потехой злою,
Присмиреет вновь она -
И без вою, и без бою
Под гигантскою пятою
Вновь уляжется волна...
(Федор Тютчев)

Зима

У леса на опушке жила Зима в избушке.
Она снежки солила в березовой кадушке,
Она сучила пряжу, она ткала холсты
Ковала ледяные да над реками мосты.

Потолок ледяной, дверь скрипучая,
За шершавой стеной тьма колючая.
Как шагнешь за порог - всюду иней,
А из окон парок синий-синий.

Ходила на охоту, ковала серебро,
Сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.
Деревьям шубы шила, торила санный путь,
А после в лес спешила, чтоб в избушке отдохнуть.

Потолок ледяной, дверь скрипучая,
За шершавой стеной тьма колючая.
Как шагнешь за порог - всюду иней,
А из окон парок синий-синий.
(С. Островой)

Фиолетовый гобелен

Истончается тонкий тлен —
Фиолетовый гобелен,

К нам — на воды и на леса —
Опускаются небеса.

Нерешительная рука
Эти вывела облака.

И печальный встречает взор
Отуманенный их узор.

Недоволен стою и тих,
Я, создатель миров моих,—

Где искусственны небеса
И хрустальная спит роса.
(О. Мандельштам)

Разговор с морем

«Привет тебе, седое море!
Я вновь пришёл тебе сказать,
Как много ты приносишь горя,
Не в силах нрав свой обуздать.
Опять кипишь ты бурной страстью.
Тебе людского не понять, –
Приятно упиваться властью
И в гневе дикость проявлять.
Скажи мне, море, откровенно,
Быть может, не совсем я прав,
Какая воля вдруг надменно
Судьбы меняет нрав?
И в нашей жизни, как и в море,
Бывает, так вдруг заштормит,
Что люди тонут в злобной ссоре,
И, как от качки, всех тошнит»

И море, поднимая волны,
Обрушилось к моим ногам.
И вдруг я слышу: «Друг мой, полно!..
Мы все подвластные Богам!
Я с древних лет по воле Божьей
Бегу всё время к берегам,
Когда хотелось бы мне тоже
Подняться ближе к небесам.
Но не достать до звёзд высоких,
Не восхитить их чистый взгляд,
Не рассказать им дум глубоких,
Чтобы печаль свою унять.
Мы все подвластны внешним силам.
Будь стойким, не держи обид.
Нельзя безвольным быть и хилым.
И пусть Господь тебя хранит.
Не всем дано умножить силы,
Но будь же крепок духом ты.
Ты слышишь, ветры как завыли?
Но ты не оставляй мечты!
Чтоб управлять своей судьбою,
На волнах жизни будь же смелым!
Кто бросит вёсла над волною,
Тот и потонет первым!
Прощай! Пришёл мой час веселья.
Кто выдержать покой не смог,
Познает боль и угнетенье -
Полезный жизненный урок.
Мой друг, волной тебя целую!..
И не забудь: всего важней -
Преодолеть любую бурю,
Ведь после бури всё светлей!...»
(В. Алалыкин)

Надежды крашеная дверь

Надежды крашеная дверь,
Фортуны мягкая походка,
Усталый путник, средь потерь
Всегда припрятана находка,
И пусть видна она нечетко,
Но ждёт тебя она, поверь.

Улыбка женщины одной,
Единственной, неповторимой,
Соединенная с тобой
Суровой ниткою незримой,
От обольщения хранимой
Своей загадочной судьбой.

Придут иные времена
И выдумки иного рода,
Но будет прежнею она,
Как май, надежда и природа,
Как жизнь и смерть, и запах мёда,
И чашу не испить до дна,
И чашу не испить до дна.
(Окуджавa Б.)

Вокруг тебя невидимый

Там нет меня,
Где на песке не пролегли твои следы,
Где птица белая,
Где птица белая в тоске кружит у пенистой воды,

Я только там,
Где звук дрожит у губ желанной пристани
И где глаза твои стрижи,
И где глаза твои стрижи скользят по небу пристально.

Там не меня,
Где дым волос не затуманит белый день,
Где сосны от янтарных слез,
Где сосны от янтарных слез утрет заботливый олень.

Я только там,
Где ты порой на дверь глядишь с надеждою,
И как ребенок с детворой,
И как ребенок с детворой ты лепишь бабу снежную.

Там нет меня,
Где пароход в ночи надрывно прогудел,
Где понимает небосвод,
Где понимает небосвод, что без тебя осиротел.

Я только там,
Где нет меня – вокруг тебя невидимый.
Ты знаешь, без тебя ни дня,
Ты знаешь, без тебя ни дня прожить нельзя мне видимо.
(Владимир Пресняков)

Я веду за собой

Кто сказал, что я слаб?
Что надломлен судьбой?
Воин я, а не раб,
Я веду за собой.

Все, кто сгинул в пути,
Пусть жалеют себя,
Я способен вести,
Громко в небо трубя.

О величии всех
Богом взятых имен,
Без этапов и вех
И без пестрых знамен.

Самый крупный масштаб,
С самой лучшей судьбой,
Воин я, а не раб,
Я иду за собой.
(Андрей Алякин)