Там, на холме, где ветер хлещет,
Она хрипит, шипит, скрежещет,
Грех древний в древних жерновах
Перетирая в прах.
Она гудит и приседает,
Сырой буран ее шатает,
Когда осенних облаков
Касается угрюмый кров.
В глуши забытой, странной, тихой
Она огромной паучихой
Свивает свой ужасный мост
До самых звезд.
То мельница грехов старинных.
И, шум услышав небывалый,
Усталый путник различит,
Как сердце дьявола в груди ее стучит.
То мрака труд и тьмы бездонной
Творится ночью похоронной,
Когда надкушена луна
И в лужу брошена – небесная облатка
Кощунственно осквернена.
Мели же, мельница крушений,
Зло – и рассеивай в поля,
Безмерные, как дождь осенний!
Тот, кто соседа обмеряет,
От света хоронясь, межу переставляет;
Кто сеять нанялся – и сеет, как умеет:
Поганый плевел в поле сеет;
Кто пробирается разведанной тропой
Подбросить яду в водопой;
Кто крадется, прикрывшись тьмой,
В овчин чужой с горящей головней, –
Всех перемелют жернова.
И еще:
Гадатель, знахарь, чародей,
Пособник грешных матерей;
И те, кто прячут в черной чаще
Звериных случек вой смердящий;
Кто любит плоть, да так, чтобы, дрожа,
Испробовать, как кровь свежа;
Кто режет глотки по глухим притонам
Ножом, от крови воспаленным;
Кто путника подстерегает
И смерть вопящую в ночи приберегает, –
Всех перемелют жернова.
И с ними:
Бездельники, во рвах зловонных
Брюхатящие девок сонных;
Те полюбовники-кретины,
Что распаляются от похоти скотины;
Те греховодники, что землю разгребают
И трупы тащат и терзают;
Те старики, для мерзостных затей
Кладущие между собой детей, –
Всех перемелют жернова.
И вот сошлись; для всех как раз –
Удобный день, урочный час,
С двуколками идут, с ослами,
С тележками идут и псами,
Все собрались, и стар, и млад.
Любой ценою каждый рад
Свезти свое зерно дурное.
Пока с отвесного холма
Они сошли – земля сама
Несет других: идет волною
По венам призрачных дорог
Кровь зла, безудержный поток.
А мельница вертит – за кругом круг –
Крестом своих тяжелых рук,
Два ока, два огня лихих
Вращая в окнах слуховых.
Их свет мелькает и дробится,
В глухих углах выхватывая лица:
Внизу, во тьме, у межевых столбов,
Под злыми ношами шатаясь,
Оскальзываясь, спотыкаясь,
Бредут работники грехов.
(Эмиль Верхарн в переводе Ольги Седаковой)
