Ты - мой вечный ад

Мои глаза в тебя не влюблены, -
Они твои пороки видят ясно.
А сердце ни одной твоей вины
Не видит и с глазами не согласно.
Ушей твоя не услаждает речь.
Твой голос, взор и рук твоих касанье,
Прельщая, не могли меня увлечь
На праздник слуха, зренья, осязанья.
И все же внешним чувствам не дано -
Ни всем пяти, ни каждому отдельно -
Уверить сердце бедное одно,
Что это рабство для него смертельно.

В своем несчастье одному я рад,
Что ты - мой грех и ты - мой вечный ад.
(Сонет 141 В.Шекспир)

Вновь двум утесам не сойтись

Стояла серая скала на берегу морском;
Однажды на чело ее слетел небесный гром.
И раздвоил ее удар, - и новою тропой
Между разрозненных камней течет поток седой.
Вновь двум утесам не сойтись, - но всё они хранят
Союза прежнего следы, глубоких трещин ряд.
Так мы с тобой разлучены злословием людским,
Но для тебя я никогда не сделаюсь чужим.
И мы не встретимся опять, и если пред тобой
Меня случайно назовут, ты спросишь: кто такой?
И проклиная жизнь мою, на память приведешь
Былое... и одну себя невольно проклянешь.
И не изгладишь ты никак из памяти своей
Не только чувств и слов моих - минуты прежних дней!..

(Михаил Лермонтов)

Подводный лес расцвел

Луч солнца, осветив коралловый атолл,
Неслышно проскользнул в подводные просторы
И фауну в цвету с кровавой плотью флоры
На светлой глубине в прогретых водах сплел.

Растений, мхов и звезд подводный лес расцвел,
Колеблется трава, скучают мадрепоры.
Прекрасны там цветов причудливых узоры,
Как мягко устланный ковром пурпурным пол.

Там рыба, чешуей серебряной сверкая,
Неспешно плавает, спокойная, большая,
В прозрачной полутьме мелькая там и тут.

Вдруг плавники сильней взмахнули, заиграли –
Тогда в морской воде, как в голубом кристалле,
Мерцают перламутр, эмаль и изумруд.
(Хосе Мария де Эредиа в переводе Юрия Денисова)

Вокруг тебя невидимый

Там нет меня,
Где на песке не пролегли твои следы,
Где птица белая,
Где птица белая в тоске кружит у пенистой воды,

Я только там,
Где звук дрожит у губ желанной пристани
И где глаза твои стрижи,
И где глаза твои стрижи скользят по небу пристально.

Там не меня,
Где дым волос не затуманит белый день,
Где сосны от янтарных слез,
Где сосны от янтарных слез утрет заботливый олень.

Я только там,
Где ты порой на дверь глядишь с надеждою,
И как ребенок с детворой,
И как ребенок с детворой ты лепишь бабу снежную.

Там нет меня,
Где пароход в ночи надрывно прогудел,
Где понимает небосвод,
Где понимает небосвод, что без тебя осиротел.

Я только там,
Где нет меня – вокруг тебя невидимый.
Ты знаешь, без тебя ни дня,
Ты знаешь, без тебя ни дня прожить нельзя мне видимо.
(Владимир Пресняков)

Белая Мадонна

Жили-были на море -
Это, значит, плавали,
Курс держали правильный, слушались руля,
Заходили в гавани
Слева ли, справа ли
Два красивых лайнера, судна-корабля.

Белоснежнотелая,
Словно лебедь белая,
В сказочно-классическом плане.
И другой - он в тропики
Плавал в черном смокинге -
Лорд, трансантлантический Лайнер.

Ах, если б ему в голову пришло,
Что в каждый порт уже давно влюбленно
Спешит к нему под черное крыло
Стремительная Белая Мадонна!

Слезы льет горючие
В ценное горючее
И всегда надеется втайне,
Что, быть может, в Африку
Не уйдет по графику
Этот недогадливый Лайнер.

Ах, если б ему в голову взбрело,
Что в каждый порт уже давно влюбленно
Придти к нему под черное крыло
Опаздывает Белая Мадонна!

Кораблям и поздняя
Не к лицу коррозия,
Не к лицу морщины вдоль белоснежных крыл
И подтеки синие
Возле ватерлинии,
И когда на смокинге белый борт подгнил.

Горевал без памяти
В доке, в тихой заводи,
Зол и раздосадован крайне,
Ржавый и взъерошенный
И командой брошенный
В гордом одиночестве Лайнер.
А ей невероятно повезло:
Под танго музыкального салона
Пришла к нему под черное крыло
И встала рядом Белая Мадонна...

1974
(Высоцкий В.С.)

Свадебный танец

Я слышу тихий взмах крыла…
Как ночь легка, как день смела…
И плавных линий миг, волна…
О, как она танцует...

Круженье тела… поворот…
И чувств полёт, водоворот,
Ей луч заката песнь поёт
Ветра в уста целуют…

Я слышу трепетную дрожь…
И взгляд, на взгляд любви похож…
Смотри… Её не растревожь…
Дыханьем робким, зыбким…

Парит душа, как сон легка…
Вокруг лишь только облака…
И вторит голосом река…
Храня её улыбки…

Я слышу танец… тишина…
Сквозь темноту звучит струна…
Она, наверно, влюблена…
И тает, словно льдинка…

И пусть кружится голова…
Ей не нужны уже слова…
В плену святого колдовства
Беспечная фламинго…
(Наталья Гребенко)